Кто включит свет: обновление Rust со стороны PVE
Августовское обновление Rust добавило монументы, которые игроки должны запускать и поддерживать сами, — и часть их работы меняет условия сразу для всего острова. На ПВЕ из этого вырастает целый слой занятий: электрик, водоканал, дальнобойщик с цистерной.
Вайп на моём сервере прошёл в ночь с четверга на пятницу. К вечеру воскресенья онлайн держался около двадцати пяти человек, и спутник за эти дни уже успели уронить — не знаю кто, но в чате обсуждали.
А электростанция всё это время стояла мёртвая.
Я как раз подбирался к ней потихоньку: она у нас в снегах, а это отдельная морока — одежда, температура, дорога. Времени играть немного, так что за несколько вечеров я набрал три тяжёлых предохранителя и понял, что это только начало.
События в Rust случаются мгновенно: кто-то нашёл модуль наведения, разобрался с кнопками, свёл спутник — полчаса дела. А работа не начинается сама. В августовском обновлении, которое разработчики назвали Power Trip, появились системы, которые мало один раз запустить — их придётся поддерживать.
Сначала о том, где я всё это вижу
Небольшое отступление для тех, кто Rust знает только по репутации.
Кроме обычных серверов, где всё решает стрельба, существуют ПВЕ-сервера. Урон между игроками там запрещён правилами, а на серверах с модами и вовсе отключён технически. Рейды либо не разрешены совсем, либо обставлены условиями: например, только в последний день перед вайпом и только с согласия хозяина базы, о котором договариваются заранее в дискорде. Остаётся всё остальное: строительство, добыча, фермерство, электрика, транспорт, монументы, мореплавание и ивенты.
Звучит так, будто из игры вынули главное. На практике вынули то, что мешало остальному вырасти. На ПВЕ люди строят деревни, ставят магазины, ходят друг к другу в гости, договариваются в чате и живут на карте месяцами — вернее, до вайпа, а потом начинают заново.
Я играю только так. И патчноуты читаю уже с такой оптикой: «что из этого можно делать вместе».
Остров в упадке
Общая идея обновления называется «монументы, которые поддерживают сами игроки». Смысл в том, что часть монументов перестала быть просто набором ящиков с добычей: их можно запустить и заставить работать.
Электростанция мертва — её оживляют тяжёлыми предохранителями, которые попадаются в добыче и вставляются в особые щитки. Причём разным механизмам нужно разное количество предохранителей, то есть у сети есть уровни мощности и разница между «завелась» и «вышла на максимум».
Водоочистная станция стоит, водопроводные трубы вдоль дорог пустые. Внутри монумента появились два редуктора: в них вставляют шестерни и раскручивают вентиль, нагнетая давление в резервуаре. Шестерни расходуются по мере вращения и обратно не вынимаются.
Гаражи на заправках обесточены. Диспетчерская вышка аэродрома молчит. Нефть в Сферу не поступает.
Мир Rust всегда был постапокалиптическим по декорациям, но не по логике: разрушенная цивилизация вокруг была фоном, а игроки строили поверх неё свою. Теперь у этой цивилизации появился рубильник.
Как на ПВЕ уже делят добычу
Прежде чем про новое — про то, что на моём сервере устоялось за годы. У других правила могут быть свои, но это важно: обновление подсовывает привычному порядку ситуации, которых он не предусматривал.
На серверах с модами вместе с уроном обычно отключают и воровство. Но я играю на ванильном, где не отключено ни то ни другое: технически никто не мешает подбежать к чужому ящику и всё оттуда вынести. Держится всё на договорённостях — и на том, что нарушителей вычисляют и банят. Поэтому сообщество выработало собственный кодекс, которого в коде игры нет вообще.
Патрульный вертолёт и Брэдли — по вкладу. Кто нанёс больше урона, тот первым подходит к обломкам. Остальные ждут в сторонке и собирают то, что осталось.
Сброс с самолёта — по присутствию. Кто первым оказался под точкой падения и сказал об этом в чате, того и груз. Прибежать вторым и громче крикнуть не работает.
Закрытый ящик — по заявке. Начал взлом, объявил в чате — и весь сервер понимает, что бежать туда незачем. Ящик занят на десять минут. Максимум подойти и попросить то, что хозяину не нужно.
Три разных принципа распределения — по вкладу, по очерёдности, по объявлению, — и все три придуманы игроками. Обычное право в чистом виде, у каждого сервера своё.
Тут нечего делить
Ящик, руда, сброс, обломки вертолёта — это делимый ресурс. Что взял один, того нет у другого, и весь кодекс выше существует ровно для того, чтобы решать, кто берёт.
Электростанция — не ресурс. Это состояние мира.
Если я вставил в щиток предохранитель, у меня не стало больше энергии, чем у соседа. Стало больше у всех сразу: зелёные переработчики по всей карте поднимаются с базовых 50 % до 60 %, а на максимальной мощности цикл ускоряется с пяти секунд до четырёх с половиной. Прочищенный водопровод даёт воду в придорожные трубы по всему острову. Заряженный малый терминал на аэродроме учащает сбросы — тоже везде.
И если на сервере двое хотят заниматься электростанцией, они друг другу не конкуренты. Никакой очереди, никакого «я первый застолбил»: оба просто носят предохранители в щитки, и станция от этого работает лучше. Вклады складываются.
Я не помню в Rust другого слоя, устроенного так. Строили, занимались фермерством, торговали тут всегда, но общей инфраструктуры, куда вклад нескольких незнакомых людей просто складывается, я раньше не видел.
Кем можно стать на острове
Ради этого я, собственно, и сел писать. Устоявшихся практик пока нет ни у кого — обновление вышло несколько дней назад. Но механики уже задают вполне конкретные занятия.
Электрик. Тот, кто держит станцию. Ищет тяжёлые предохранители, вовремя меняет, следит за уровнем мощности. Отдельная приятность на самой станции — особый красный переработчик с эффективностью 75 %, работающий только на полной мощности. Доступен он всем, кто дошёл, но чаще всего рядом с ним будет как раз тот, кто эту мощность и обеспечил.
Это моя роль, я её выбрал. Про то, во что она упирается, — ниже отдельно.
Водоканал. Шестерни расходуются, пока крутится вентиль, и не возвращаются. Когда резервуар выходит на полное давление, лопасти пробивают засоры и вода идёт по трубам. Дальше нужно возвращаться и поддерживать давление — разработчики прямо пишут, что это заметно проще, чем запускать станцию с нуля. Получается почти должностная инструкция.
Дальнобойщик. По-моему, самое красивое, что есть в обновлении, и заодно самое трудоёмкое.
Цепочка такая. Сначала электростанция должна выйти на третью стадию мощности — это уже десяток с лишним предохранителей. Только тогда оживают рубильники на нефтяных вышках, а они стоят в море и спрятаны в комнатах с ключ-картами: на Малой нефтянке синяя, на Большой — красная. То есть придётся плыть или лететь, разбираться с учёными и пробивать пазл. Рубильник подаёт нефть в Сферу на двадцать минут: Большая вышка даёт полный поток, Малая вдвое меньше, обе вместе — в полтора раза больше полного.
Дальше нефть ждёт в Сфере, где теперь работают три насоса. Модуль-цистерну подключают к насосу шланговым инструментом, а слить содержимое можно только загнав машину на автоподъёмник.
Итого: окно времени, дорога в море и обратно, транспорт и груз, который физически нельзя унести в рюкзаке. Ещё на этапе разработки, когда стало известно про перекачку нефти в цистерну, кто-то из игроков пошутил, что открывает транспортную компанию. Шутка оказалась технически точной.
Диспетчер аэродрома. Два терминала на втором этаже обновлённой вышки. Малый повышает частоту сбросов по всей карте, большой вызывает грузовой ящик с «Чинука» к взлётной полосе. Заряд постепенно тратится, и пока остаточный не иссякнет, терминал недоступен. У этой работы есть расписание.
Оператор спутника. На космодроме появился компьютер управления спутниками: нужен модуль наведения, дальше выбираешь спутник и сводишь его с орбиты кнопками двигателей. Кнопки не подписаны, инструкции нет — какая за что отвечает, выясняется опытным путём. Снижение видит весь сервер.
Механик и завхоз. Автоподъёмник в гараже на заправке работает от сети или от резервного генератора сбоку от здания, а после можно спуститься в пещеру за автозапчастями повышенного качества. Морозильник в супермаркете при наличии питания выдаёт охлаждённую еду и время от времени — партию побольше обычного. Занятия попроще, но именно из таких мелочей карта становится обжитой.
Новые вопросы к старому кодексу
Вот что происходит, когда новые механики встречаются с правилами, о которых я писал выше.
Спутник. По нашей логике вклада хозяин добычи — тот, кто потратил модуль наведения и разобрался с пультом. Он это инициировал, ему и лутать. Но есть нюанс: падение видит весь сервер, ящикам после удара нужно остыть, и пока оператор бежит к точке, туда вполне может успеть кто-то ещё.
Формально это тот же случай, что и закрытый ящик: объявил в чате — значит, твоё. На практике это надо проговаривать заранее, потому что механика новая и рефлекса у людей ещё нет. Нормальный сценарий, по-моему, такой: оператор пишет, что сводит спутник, остальные подтягиваются и стоят в стороне, он забирает нужное и отдаёт остальное. Ровно как с вертолётом.
Нефть — сложнее. Формально одному это по силам: доплыть до вышки, включить рубильник, вернуться на берег, пригнать цистерну к Сфере. Вопрос в том, сколько это займёт. Пока выбираешься с вышки и добираешься до Сферы, нефть уже качается без тебя — а у насосов в это время вполне может ждать кто-то другой с цистерной наготове.
Поэтому разделение тут напрашивается само. Один идёт на вышку, другой ждёт у Сферы, третий держит автоподъёмник. Насосов в Сфере, кстати, три — места хватит не одному. Чей тогда груз?
Ни один из наших принципов на такое не рассчитан: все они делят уже существующую добычу, а тут её ещё нужно совместно произвести. Похоже, это первый случай в Rust, где договариваться логично до начала действия, а не заявлять права после.
Вертолёт, Брэдли, сброс, ящик — события с началом и концом. Кодекс умеет делить добычу. А электростанция и водоочистная — это состояние, которое нужно поддерживать бесконечно, и делить там нечего, зато есть что распределять: обязанности. Правил для этого пока нет ни у кого.
Дорога перестала быть просто дорогой
Отдельно про то, что легко пропустить в патчноутах, а изменение крупное.
Придорожные столбы с трансформаторами при работающей станции теперь могут питать электрические схемы. Забираться на них можно без лестницы, просто подойти и прыгнуть. Вместе с водой в придорожных трубах это значит, что вдоль дорог по всему острову теперь проходит готовая коммунальная сеть.
Раньше каждая база была замкнутой системой: своя вода, свои панели, свои аккумуляторы, всё внутри периметра. Теперь к сети можно просто подключиться.
Для ПВЕ у этого три следствия. Порог входа падает: разводку внутри базы никто не отменял, но искать собственный источник энергии и копить на панели с аккумуляторами больше не обязательно. Соседи по дороге оказываются буквально на одной сети, и её состояние становится общим делом. И место для базы теперь выбирается свободнее: не обязательно жаться к реке или берегу озера ради воды.
Кто подхватит
Обычное возражение к общественным благам звучит так: зачем тратить своё ради всех? На ПВЕ оно почти не работает — помогать серверу тут нормальный мотив, а не жертва.
Но моя первая сцена как раз про эту проблему, только в мягком виде. Двадцать пять человек онлайн, свет нужен всем, никто не против — и станция стоит. Не потому, что жалко предохранителей, а потому, что этим займётся кто-нибудь. Не жадность, а рассеянная ответственность.
Есть и более неприятный вариант. Онлайн небольшой, ролей мало, каждая держится на одном-двух людях. Человек взялся за водоочистную и уехал в отпуск. Шестерни кончились, давление упало, трубы пустые. А холодный запуск, напомню, тяжелее поддержания — то есть возиться придётся не тому, кто бросил.
Так у нашего кодекса появляется продолжение — уже не про добычу, а про обязанности. Объявить в чате, что уезжаешь на неделю. Оставить кому-то доступ. Сказать вслух, что станцией занимаешься ты, — просто чтобы люди знали, к кому идти, когда свет погас.
Как я собираюсь решать свою проблему
Тут я упираюсь в собственное положение: я на сервере одиночка. Не в клане, не в группе — сам по себе.
За несколько вечеров я нашёл три тяжёлых предохранителя. Точного расхода на станции я пока не знаю, но по своему темпу добычи уже понимаю, что в одиночку держать высокую мощность будет тяжело. Нужен постоянный приток.
Самое простое — повесить на стену базы дропбокс: снаружи любой закинет предохранители, изнутри забираю только я. Но это решает вопрос хранения, а не вопрос, зачем людям вообще их нести.
Поэтому мысль вторая. Поставить магазин и скупать предохранители по символической цене. Не ради выгоды — предохранители мне нужны не для себя, а для станции, которая работает на весь остров. Просто чтобы у людей был понятный повод их не перерабатывать, а нести мне: дроном или лично, кому как удобнее.
Получается забавная конструкция. Я не могу заставить сервер поддерживать электростанцию, но могу превратить её обслуживание в маленькую экономику: вы приносите расходники, я вожусь со снегами, щитками и уровнями мощности, свет горит у всех. И это, по-моему, куда более честная кооперация, чем любая, встроенная разработчиками принудительно.
До конца я эту схему ещё не довёл. Но обновление уже заставило меня думать не о том, где нафармить, а о том, как договориться с сервером. Для Rust это, пожалуй, самое неожиданное, что со мной случалось.
Пока свет не горит
К вечеру воскресенья станция у нас всё ещё стояла. Не потому, что кто-то её захватил или огородил, — просто потому, что это ничья работа.
Facepunch не могут создать сообщество патчем, никто не может. Они сделали другое: построили на острове инфраструктуру, оставили её выключенной и добавили щитки, до которых доберётся кто угодно.
Через месяц придёт вайп, и всё будет заново: станция мертва, трубы пусты, компьютер на космодроме обесточен. И кто-то опять пойдёт через снега искать предохранители.
В этот раз, похоже, я.
См. также:
